Юлия Третьякова

100 к 1. Маленькие и большие

2 - 26 Июня 2012



Яркий хоровод образов Юлии Третьяковой живописен независимо от техники исполнения. Он чем-то неуловимо сродни орнаментам времен рококо: та же веселая красота, та же солнечная идиллия пасторали. Только вместо толстеньких амуров и юных нимф, меланхолично резвившихся в нетленных садах рококо, в этих полях вечной охоты рядом с бессмертными животными и, тем не менее, удачливыми охотниками гуляют бедовые морячки и их нестрогие подруги, цокают каблучками беспечные стюардессы, летят самолеты со звездами – салют, в общем, Мальчишу.
В райском саду нового типа бывает ветрено, случается осень. И все же это именно он, его кусочки, своеобразно увиденные и очень по-своему изображенные, иногда большие, нарисованные, иногда маленькие, собранные из почти ерунды: фетра, бисера, старого кружева.
Это потому, что у художницы Третьяковой есть свой point of view, собственная оптика и прочий, с виду легкомысленный, но непобедимый арсенал.
Это глаз стрекозы, скорее, снаружи, чем изнутри, хотя и она, говорят, обладает ЦВЕТНЫМ ЗРЕНИЕМ.

Это точный укол иглы, прекращающий эфемерность взгляда и дающий бабочке долгую жизнь.

Это, когда стирается грань между микроскопом и калейдоскопом.

Это единственно возможная бусина-точка, завершающая сотворение мира или, по крайней мере, мирка.

Это пестрое многоточие бисера и мазка, конец и продолжение разговора…

Елена Лагутина


 
 
 
 
 

© "МАрт" галерея современного искусства, 2006-2014